— Разумно, он толковый парень. А в общих чертах с этим убийством…

Хозяин прервался, потому что принесли шашлычки.

Соус к ним.

Запах очень хорошо приготовленного мяса со специями.

— Это откуда такая прелесть?

— Ребята съездили. Всего метров шестьсот отсюда у Черного леса азербайджанец шашлычную держит. Недавно открыл.

— Тоже торгует наркотиками?

— Вить, они все тут завязаны и перевязаны. Доскажу, пока шашлыки чуть остынут. Да… собор старый в центре города ты помнишь?

— Прекрасно помню, и вид его запущенный, обветшалый.

— Сейчас — в хорошем состоянии. И действуют еще шесть церквей. Убитый сначала работал вторым священником у протопопа в соборе, а год назад один наш авторитет — тот самый, что крупный строитель сейчас, — поставил у Черного леса, по случаю смерти брата, новую небольшую церковь. Так вот этот священник перешел, значит, туда как самостоятельный поп.

Хозяин наполнил рюмки и снова заговорил:

— Видимо, была попытка ограбления церкви. Священника ударили небольшой садовой лопатой в висок. Время эксперт называет между одиннадцатью вечера и первым часом ночи. Однако воров кто-то спугнул, выломали из иконостаса несколько икон… кажется, одну только выломали до конца — в общем, бросили все и сбежали.

— Почему во множественном числе, вы сказали «воров»?

— А-а, синяки обнаружены на подмышках и голенях. Ударили при входе, потом втаскивали внутрь.

К шести вечера Виктора доставили на машине домой.

Времени было достаточно, чтобы заняться своими делами — начать налаживать обиход.

Прежде всего — сходить в магазин, он привык в Москве, чтобы холодильник был с нормальным резервом.

Выпили они в разумных пределах, и, действительно, очень хорошей водки, но на вечер пару бутылок пива взять смысл имело.

Дом в центре города — рядом супермаркет, еще что-то продовольственное.